Она прогрела машину, я счистил снег с лобового стекла, и мы влились в поток машин.

Дорога была скользкая, машины ехали дружно с минимальной скоростью. В салоне стало тепло, Стася включила радио. Она понажимала на кнопки, и остановилась на старой мелодии «Отель „Калифорния“. Мы ехали молча.

Когда мелодия замерла, и ведущие начали свой обычный треп, она глянула на меня искоса и спросила:

— Не хотите позвонить родителям или брату, что вы уже в Москве?

Я насмешливо спросил:

— Боитесь, что директор будет ругать вас, что своевременно не доложились?

Она укоризненно глянула на меня:

— Я вашего отца уважаю, и, если вы это помните, он никогда никого не ругает. Просто думаю, что, если бы я приехала в Питер и не позвонила маме, ей это было бы очень обидно. Я звоню ей всегда, даже когда на душе скребут кошки, и не хочется разговаривать ни с кем.

Я кивнул и достал сотовый. Мамин голос нежно-радостно прозвучал в трубке:

— Сереженька, здравствуй, милый.

— Мамочка, поздравляю тебя, родная. Не волнуйся, я звоню просто так, давно не слышал твой голос. Чем занимаешься?

— Как всегда, готовлю салаты и пирог. Я с Ольгой, ждем папу и Игоря, они еще не приехали. Женька гуляет где-то, приедет только второго января. Когда уж угомонится?

— Поцелуй от меня Ольгу.

— Может, хочешь поговорить с ней?

— Да нет, вчера она звонила мне, и Женька тоже. И с отцом я разговаривал.

В мамином голосе что-то подозрительно дрогнуло:

— Ты действительно хотел поговорить именно со мной? Папа сказал, что ты думаешь вернуться. Это правда?

Я вздохнул:

— Мама, я уже в Москве.

Она ахнула:

— Как в Москве? Мы все на даче, что же ты там один делаешь? Позвони отцу, он заедет за тобой.

— Мамочка, не надо никуда заезжать. Я приеду к вам завтра вечером, и, если все будет хорошо, то приеду не один. Целую тебя, родная.

— Сережа, у тебя ничего не случилось? С кем ты? Ты не можешь разговаривать?

Я засмеялся:

— Мама, я могу разговаривать, но не знаю, как ответить на твой вопрос.

Возникла суета, в трубке возник ехидно-радостный голос сестры:

— Привет, Серега! Я вижу, ты уже ожил! Беру родителей на себя, так что с тебя причитается. С праздником тебя, и ждем домой.

— Ольга, умоляю тебя: уговори родителей не объявлять всесоюзный розыск.

Ольга хмыкнула:

— Попробую, чего не сделаешь для родного брата.

Я сунул телефон в карман, незаметно отключив все сигналы.

С покупками мы управились на удивление быстро. Правда, парковаться пришлось за два квартала от супермаркета. Зато рядом со входом мужик прямо с машины торговал елками, и мы быстро выбрали небольшое пушистое деревце.

В самом магазине было просто столпотворение, мы быстро наполнили корзины всякими деликатесами. Стася удивилась:

— Куда нам столько? — И с подозрением спросила: — Или вы собираетесь выдержать в моей квартире осаду в течение всех рождественских праздников?

Отвыкший от очередей народ штурмом брал кассы, но нам неожиданно повезло: прямо рядом с нами заработала дополнительная касса, и мы практически первыми оплатили свои продукты.

Я попросил Стасю притормозить где-нибудь возле магазина игрушек.

— Не могу же я явиться в дом к ребенку без подарка?

Она сказала:

— Я уже купила ему свитер и машину с пультом управления. И вообще, у него полно игрушек.

Я заметил впереди знакомую рекламу магазинов компьютерной техники „Санрайз“ и попросил Стасю высадить меня здесь. Против всякого ожидания, народа здесь было не намного меньше, чем в продуктовом отделе супермаркета. Я отозвал продавца в сторонку, и мы быстро договорились, он упаковал мои покупки в две большие коробки, сам все оформил, вернул мне кредитную карту, документы к технике и помог все донести до машины. Пока он все это проделывал, я купил пару игровых дисков и, уже у самого входа, мне на глаза попался замечательный подарок …