Привет от Вещего Олега (Арбенина Алла)

— Девушка, а за сколько вы согласились бы ночевать в моей машине, она тут припаркована, у крепостных ворот?

Маша поначалу оторопела от столь неожиданного предложения: ничего не говоря, она хватала ртом воздух, растерянно глядя то на наглеца, то на нас с Лизой. Потом наконец вспомнила полагающиеся в таких случаях реплики:

— Да вы что!!! Я девушка порядочная, не профурсетка какая-нибудь! Я… я научный работник! Да как вы смеете! Да кто вы вообще такой!!! — Она бурно дышала и произносила этот монолог оскорбленной невинности, изредка срываясь на визг, и я всерьез начала опасаться за ее здоровье, особенно с учетом ее природной полноты и стоявшей на улице страшной жары.

К счастью, мужик поспешил внести ясность: оказалось, ничего эротического он совершенно не имел в виду. Хотя цель преследовал достаточно нестандартную.

— Я тоже, в общем, не бутылки тут собираю, — хмыкнул бородач. — Реставратор я. Анатолий меня зовут. Можно просто Толик. А про машину я имел в виду, что готов вам заплатить за услуги… м-гм… сигнализации, что ли. — Он замялся.

— Сигнализации? — Переспросила изумленная Маша.

— Ну да, — несколько бодрее продолжил мужик. — У меня «Газель» с тентом, я в ней инвентарь свой храню. А закрывать тент бесполезно, и какой-то паразит повадился в машину лазать, лопату вот украли, топорик… — Он вздохнул. — Жалко же. А сигнализацию я не слышу. И вдруг услышал ваш дивный голос. — Последовал короткий смешок. — И понял, что вот от такого звука я бы даже в гробу, наверное, проснулся. До костей пробирает!

— Пошляк! — Заявила Маша. — Храните свои вещи в камералке!

Мы с Лизой не знали, кто из них больше не прав: конечно, мужик ерунду говорил. Надумал тоже, хранить инвентарь в открытой машине — Япония тут ему какая-нибудь, что ли? Вроде как не первый день на свет родился, и такая, прямо скажем, поразительная наивность. Но и вокализ, столь неожиданно исполненный Машей, еще стоял в ушах. Да уж, такое среди ночи услышишь, сразу в милицию побежишь с повинной и признаешься во всех смертных грехах!

Наше мнение, казалось, разделял и второй реставратор: выглянув из-за двери, он усмехнулся, потом поправил свою импровизированную панаму из газеты, которую не снимал даже в помещении, и снова принялся ковырять что-то на стенке. Время от времени он посматривал на нас из полутемного коридорчика, слушая перепалку Маши со своим напарником. Я заметила у него на плече нелепую татуировку в виде русалки — в СССР такие изображения делали все, кому хотелось казаться интереснее, чем они есть на самом деле. Это в наши дни знают, что такими дивами в колониях «метят» пассивных гомосексуалистов. Но мужик на уголовника совершенно не походил и в целом был довольно приличным, насколько я успела заметить.

К счастью, столкновение Маши с бородачом не успело перерасти в вооруженный конфликт: к нам подошел Арне, закончивший знакомство с фресками. Я представила его почтенной публике, после чего Анатолий взялся показать заезжему профессору наиболее интересные работы последнего времени, и мне пришлось включиться в активный профессиональный разговор о новейших методах реставрации и консервации археологических объектов. К беседе активно примкнул и второй реставратор, ради знакомства с Арне набросивший даже клетчатую рубашку, которая скрыла его высокохудожественное тату. Маша, метнув еще пару грозных взглядов в сторону несостоявшегося работодателя, удалилась. Инцидент с псевдосексуальным подтекстом можно было считать исчерпанным.

Вечером во дворике крепости на скамеечках удобно расположились будущие стражи порядка. Явились и студенты: было их человек семь — основная масса приезжает уже в июле, после сессии, а эти, с кафедры археологии, специально сдали экзамены досрочно, чтобы провести здесь не месяц, как все, а два. Бойкие и веселые, они долго шутили, занимая места. Среди них выделялась интересная пара: светловолосый заносчивый парнишка и красивая девица с темными волосами, о которой мы уже знали, что она приехала …